Федор В. Ушаков
125047, Москва, Миусская пл., д. 6
Fedor V. Ushakov
6, Miusskaya Sq., Moscow, 125047
Павел Зальцман (1912–1985) – живописец и художник в кино, писатель и поэт. В статье представлены художественные особенности работ Павла Зальцмана. Долгое время Зальцман был известен как художник, ученик основателя аналитического искусства Павла Филонова. Живописные работы Павла Зальцмана находили своего зрителя при жизни, но были недоступны широкой публике. Литературные работы Зальцмана (стихи и роман «Щенки») стали известны и опубликованы только в 2011–2012 гг. Исследователи начали открывать его недавно, и многие аспекты его творчества остаются до сих пор малоизученными. Знакомство исследователей с литературным творчеством Павла Зальцмана поставило перед исследователями задачу определения особенностей его новаторского письма. Один из аспектов, который привлекает исследователей в творчестве Зальцмана, – это проблема альтернативного высказывания в условиях советской культуры. В литературных произведениях Павла Зальцмана выявляются принципы, которые позволяют по-новому описать культуру в СССР 1930–1950-х гг.
Pavel Zaltsman (1912–1985) – painter and fi artist, writer and poet. The article presents the artistic features of Pavel Zaltsman’s works. For a long time, Zaltsman was known as an artist, a student of the founder of analytical art, Pavel Filonov. The paintings of Pavel Zaltsman found their audience during his lifetime, but were inaccessible to the general public. Zaltsman’s literary works (poems and the novel “Puppies”) became known and published only in 2011–2012. Researchers began to discover him recently, and many aspects of his work remain poorly understood. The acquaintance of researchers with the literary work of Pavel Zaltsman set the researchers the task of determining the features of his innovative writing. One of the aspects that attracts researchers in Zaltsman’s work is the problem of alternative expression in the conditions of Soviet culture. The literary works of Pavel Zaltsman reveal principles that make it possible to describe culture in the USSR in the 1930s–1950s in a new way.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.